Хотите ли вы свободы?

Вы ее точно хотите? Или все же, если заглянуть внутрь себя, у вас со свободой натянутые отношения?

Однажды я заметила, что некоторых людей свобода... раздражает.
Я вела терапевтическую группу. Дала группе вопросы для рефлексии. Предложила собраться в пары и обсудить, при желании. И отошла в сторону, ожидая последующей обратной связи.

Меня стали спрашивать, как делать упражнение. Что сначала, что потом. Как правильно. В каком виде.

Я чувствовала раздражение. Но в тот момент не могла еще понять, что это за феномен.

Я спросила, почему так важно этим участникам выполнить задание правильно. Они погрузились в глубокую рефлексию.Мы много говорила. В конце концов, выяснилось, что они не привыкли действовать спонтанно и свободно. Потому что у них в опыте было много инструкций, и мало доверия. И они к этому привыкли.

Впоследствии я встречала много таких людей. Буквально на каждой группе меня просят подсказать, как сделать правильно. Но я не хочу становиться той самой родительской фигурой. Я не хочу отыгрывать родительское ведение, и не хочу, чтобы клиент отыгрывал детскую прилежность.

Итак, свобода может вызвать много тревоги.


Свобода может вызвать желание захватить власть и ресурсы других людей.

Такое я тоже видела не раз. Для некоторых людей важно, чтобы были полномочия или возможность. Родительские полномочия. Чиновничьи полномочия. Или же возможность: вдруг есть кто-то доверчивый? Можно захватить власть. И они захватывают, не считаясь с границами. Не считаясь с правами других людей. То есть становятся тиранами, преследователями (в треугольнике Карпмана).

Я встречала и таких людей, которые свободой распоряжаются ответственно. Например, не спрашивают, как правильно выполнить задание, а действуют творчески, опираясь на свои нужды и ресурсы. То есть берут ответственность за себя сами, не дожидаясь инструкций.

Или не могут, просто не могут захватывать чужие ресурсы, потому что осознают, где проходят границы. И осознают, что свои нужды они удовлетворяют сами, или же открыто просят о помощи. Или договариваются.

Лично мне тяжело и с первыми, и со вторыми. Тяжело с жертвами, и с тиранами. Я не хочу ни брать на себя ответственность за других взрослых людей, и совсем не хочу, чтобы меня считали малышом и управляли мною.

И те, и другие часто считают меня сложной, трудной, не сговорчивой, невозможной.

А на самом деле я хочу оставаться свободной и даю другому человеку право на свободу.

Художник Елена Маркова