"Сувениром", привезённым из свадебного путешествия, стала свекровь...

Незадекларированные доллары миновали таможню в посудинах, заполненных форшмаком и маслом.

Ефим Григорьевич очень удачно женился - отыскал свою студенческую любовь Сонечку как раз в тот момент, когда она грустила после недавнего развода.



А поскольку его мама жила в далёком украинском городе Житомире, то маршрут свадебного путешествия молодожёнов прошёл как раз точнёхонько через этот город - город фиминого детства ...

Сынулю Берта Борисовна встретила со слезами восторга, успев при этом метнуть цепкий взгляд на невестку. А выразительный вздох, последовавший за этим взглядом, не обозначал восторга по поводу того, что молодая не так уж и молода...

- Нам неловко стеснять вас, Берта Борисовна, - деликатно вымолвила Сонечка, - и, я думаю, нам лучше жить в гостинице!

- Ты плохо думаешь, девушка! - изрекла свекровь. - Вы ещё не знаете, что нигде вам не будет лучше, чем у родной мамы! К тому же у Фимы отродясь денег не было, а с твоими барскими замашками он и вовсе в трубу вылетит!

Вечером Берта Борисовна вызвала Соню на кухню и провела инструктаж по поводу того, как следует правильно кормить Фимочку с его слабым желудком: телятина должна быть только самой свежей и непременнно с рынка...

О покупном твороге надо забыть - только собственного приготовления из настоящего молока! Да, и ещё куры - кур надо покупать только живых!

- Я не ем кур, - пискнула Соня.

- А какое имеет значение, что ТЫ ешь! - пресекла неуместное возражение Берта Борисовна. - Ты можешь вообще ничего не есть! Мы говорим о моём сыне и о твоём муже - о Ефиме!

Полночи Соня проплакала, отвернувшись к стене. Она настаивала на том, чтобы утром же поменять билеты и - сразу в поезд. Домой, и больше сюда - ни ногой!

Нежная душа Ефима Григорьевича рвалась пополам между любимыми женщинами. Тем более, что стало очевидным то, что пожилую маму уже нельзя оставлять одну.

- Жить с ней под одной крышей?! - рыдала Сонечка. - Но я же не мазохистка! Нет, этого не будет никогда!

И всё же Фиме удалось убедить свою красавицу, что за деньги от продажи маминой квартиры он купит мамочке квартиру в Петербурге (!), и вместе им жить не будет никакой необходимости.

И хотя Соне давно не приходилось иметь дела с "квартирным вопросом", риэлторский проект мужа вызвал у неё недоверие - слишком разными были цены на жильё в Житомире и в Питере. Однако муж есть муж - глава семьи...

Отпуск был посвящён продаже квартиры Берты Борисовны. Наконец, этот процесс, сопровождаемый стенаниями и рыданиями хозяйки, завершился... Квартира была оплакана, деньги в количестве десяти тысяч долларов получены.

В северную Пальмиру семья возвращалась в с Бертой Борисовной . Четырёхместное купе было выкуплено для троих.

Как только путешественники и багаж заняли свои места, "беженка" Берта Борисовна "выкатила" вопрос: "Ну и как вы думаете перевозить через таможню мои доллары? Ведь их же отнимут эти бандиты таможенники!"



Фима "загрузился" и всю ночь смотрел кошмары. Проснувшись утром, чуть не в слезах просил у мамы помощи: "Мама, мама! Ведь вы же такая умная, вы же всё можете! Придумайте что-нибудь!"

Cоня, вскипев от ревности и возмущения фиминым подхалимством, выскочила из купе, хлопнув дверью. На это Берта Борисовна сказала вот что: " Да я-то знаю, что надо делать! Что бы вы без мамочки делали! А я нарочно при ЭТОЙ про деньги сказала! Хотела посмотреть, что она придумает... Да, видать, пороху она не изобретёт! Только дверью хлопать мастерица! А ты не придумал ничего умнее, чем жениться на разведёнке со взрослой дочерью! С хорошей женой муж не разведётся - значит, жена она никудышная!"

Деньги разделили пополам (чтобы не класть все яйца в одну корзину), завернули в полиэтилен и положили на дно мисок. В одну сверху положили форшмак, в другую - сливочное масло - ну не будут же таможенники рыться в еде?!

"Долгожданных" представителей власти Берта Борисовна встретила с несколько наигранной радостью и благоуханием домашних, собственноручно приготовленных яств...

Толстые куски буженины, пересыпанные зеленью и чесноком, фаршированные куриные ножки, поджаренные так виртуозно, что походили на произведения искусства... Тёмно-алые помидоры, какие вызревают только под южным солнцем... И малосольные огурчики, крепкие, пряные, колючие...

У таможенников головы пошли кругом... Из ступора их вывела Соня, подав бутерброды с бужениной, прикрытые ломтиками овощей. "Попробуйте - это мы всё сами готовили!" - предложила она трогательно, и нежно .Подношение, разумеется, было принято...

Однако служба есть служба!

- Валюта есть? - еле выговорил с набитым ртом главный.



- Нет и никогда не было, - с готовностью продемонстрировал содержимое всех чемоданов Фима

С удвоенной энергией накормленных псов служаки-мздоимцы прошарили все углы купе. Прежде чем уйти ни с чем, старший царственно вымолвил: "Ладно уж, езжайте!" . И, расплывшись в улыбке, добавил, : "А бутерброды у вас знатные, мамаша!".

Дома счастливая сонина доченька бросилась маме на шею: наконец-то она смогла известить маму о своей беременности - жених сделал ей предложение.

То, что её Сёма был не из тех, кто обременял себя работой, если можно жить в долг, ни Соню, ни счастливую невесту Анечку уже не волновало: главное, что у ребёнка будет отец!

Фима, который и чужим-то людям никогда не отказывал дать в долг, конечно, не мог одолжить денег без пяти минут зятю... Тем более, что нужны были Грише эти пять тысяч долларов на великолепный коммерческий проект, "грозящий" в самой ближней перспективе баснословными барышами!

Однако, судя по тому, что всё это семейство, состоящее из Берты Борисовны, Фимы, Сони, Анечки, Семена и их младенца и по сю пору обитает в квартире, планировкой напоминающей то ли трамвай, то ли распашонку, баснословные барыши так и остаются в светлом будущем...




Закрыть ☒